Главная
Животные
Сказки
Галерея
Книги
Красный дракон
Глава 54 Цифры на часах, висевших перед его кроватью, были такие крупные и четкие, что Грэхем различал их сквозь дурман лекарств и оцепенение боли. Открыв правый глаз, Уилл Грэхем сразу увидел эти часы и понял, что находится в отделении реанимации. Их немолчное тиканье, движение стрелок вселяло в него мысль о том, что все проходит, а значит, наступит конец и его страданиям. Он понял, для чего в реанимационной палате висели часы. Стрелки показывали четыре. Дня или ночи, какая разница? Лишь бы шли вперед. Он провалился в небытие. Когда он снова открыл глаза, было уже восемь. В комнате кто то был. Он осторожно скосил глаза. Молли! Она смотрела в окно. Как она похудела! Он хотел было позвать ее, но едва открыл рот, левую сторону лица свело нестерпимой болью. Все части его тела разладились и хотели двигаться сами по себе, не подчиняясь его приказу. Когда Молли уходила, он шевельнулся. Потом его поднимали, перевязывали. Прикосновения причиняли ему такую боль, что жилы на шее вздувались от напряжения. В окне стало светло. В ярком свете солнца над ним появилось лицо Крофорда. Грэхему все таки удалось поморгать. Крофорд улыбнулся, обнаружив зеленую ниточку шпината, застрявшую между зубов. Странно: Крофорд почти не ел овощей. Грэхем показал пальцем, что хочет писать, и Крофорд вложил ему в руку карандаш, приладил на одеяле блокнот. «Уилли», — написал Грэхем. — С ним все в порядке, — ответил Крофорд. — И с Молли тоже. Она приходила, когда ты спал. Долархайд мертв. Уилл, вот тебе мое слово. Говорю тебе, он мертв. Я сам снимал у него отпечатки, а Прайс установил стопроцентное сходство с отпечатком в деле Лидсов. Можешь мне поверить. Его больше нет. Грэхем вывел на листочке вопросительный знак. — Я тебе все расскажу. Сейчас мне отвели только пять минут, но как только тебе станет лучше, я расскажу. Я приду потом. «Сейчас», — нацарапал Грэхем. — Доктор уже говорил с тобой? Нет? Давай сначала обсудим твои дела. Послушай, тебя здесь поставят на ноги. В лучшем виде. Глаз у тебя, конечно, здорово распух. Что ты хочешь — на лице все таки рана, но хирурги постарались и заштопали тебе вывеску. Теперь главное — время. Селезенку тебе удалили. А на что она нужна? Прайс оставил свою в Бирме в сорок первом, и хоть бы что. Медсестра в коридоре постучала пальцами по стеклу. — Все, мне пора. Служебное удостоверение для них тут ничего не значит. Будь ты хоть кто, выставляют за дверь без всяких церемоний, если время истекло. Пока. В комнате ожидания реанимационного отделения среди множества измученных тревогой людей он увидел Молли. Он подошел к ней. — Молли… — Привет, Джек, — бросила она. — Ну, ты выглядишь лучше всех. Согласишься расстаться с какой нибудь частью своего лица, если ему придется делать трансплантацию? Перестань, Молли. Ты видел его? — Да. — А я думала, что не смогу заставить себя это сделать. Смогла. — Его приведут в норму. Доктор мне сказал, что все будет хорошо. Может, тебе одной тяжело сейчас? Я привез Филлис, она… — Нет, больше мне от тебя ничего не надо. Она отвернулась, комкая платок. Из ее раскрытой сумочки торчал розовато лиловый конверт. Он уже видел такие изысканные, дорогостоящие конверты. Ему претило то, что предстояло сейчас сказать. — Молли! — Ну что еще? — Ему пришло письмо? — Да. — Тебе его передала сестра? — Да, сестра. Еще его завалили цветами эти его друзья из Вашингтона. — Можно мне взглянуть на письмо? — Я отдам ему сама, когда он попросит. — Дай мне на него взглянуть, пожалуйста. — С чего вдруг такой интерес? — Ему не стоит читать письма именно от… этого человека. Выражение, появившееся на его лице, насторожило Молли. Она опустила глаза на письмо и выронила все, что было у нее в руках. Из сумочки выпал и покатился тюбик губной помады. Собирая рассыпанные на полу вещи, Крофорд слушая быстро удаляющийся стук каблуков. Сумочку Молли он вручил дежурной сестре. Крофорд понимал, что Лектеру вряд ли удастся добиться того, что ему нужно. Но он знал одно: от Лектера можно ожидать все, что угодно. По просьбе Крофорда молодой практикант рентгенолог просветил письмо. После этой процедуры Крофорд аккуратно подрезал конверт со всех сторон перочинным ножом и обследовал внутреннюю поверхность конверта, а затем вложенный в него листок. От него не укрылось бы никакое пятнышко или след пыли. Удовлетворенный осмотром, он прочитал следующее: «Дорогой Уилл! Теперь мы с вами оба томимся в больничных палатах. Вы страдаете от ран, я же — от отсутствия книг… Интеллектуал доктор Чилтон позаботился обо мне как нельзя лучше. Жизнь забросила нас в примитивное время — уже не первобытное, но еще и не просвещенное. Любое разумное общество либо убило бы меня, либо вернуло бы мне мои книги. Полумеры — бич нашего времени, не так ли, Уилл? Желаю Вам скорейшего выздоровления и надеюсь, что случившееся не испортит Вашу внешность. Я часто думаю о Вас. Ганнибал Лектер.» Практикант посмотрел на часы. — Я вам больше не нужен? — Нет, — ответил Крофорд. — Где это можно сжечь? В следующий свой приход, ровно через четыре часа, Крофорд не увидел Молли ни в палате, ни в комнате ожидания. Грэхем бодрствовал. Он сразу же начертил вопросительный знак и написал под ним: «Долархайд умер? Как?» Крофорд рассказал ему. С минуту Грэхем лежал неподвижно. Потом написал: «Сбежал как?» — Ладно уж. В Сент Луисе мы дали маху. Он, должно быть, искал Рибу Макклейн, приехал в лабораторию и наткнулся на нас. Его отпечатки остались на окне котельной. Их обнаружили только вчера. Грэхем написал карандашом в блокноте: «Тело?». — Мы полагаем, что был убит некто по имени Арнолд Ланг. Он числится среди пропавших без вести, а его машина отыскалась в Мемфисе. Так, за мной идут. Сейчас выгонят! Я быстро, по порядку. Долархайд понял, что мы уже вышли на фотолабораторию. Он сбежал оттуда у нас под носом и поехал прямиком на станцию техобслуживания Сервко в Линдберге. Там работал Арнолд Ланг. Риба Макклейн показала, что за неделю до этого у Долархайда была стычка с техником на станции. По видимому, речь шла о Ланге. Он прикончил Ланга, тело отвез к себе домой. После этого отправился за Рибой Макклейн, которую застукал с Ралфом Мэнди. Застрелил Мэнди, оттащил его в кустарник. В палату вошла сестра. — Прошу вас, разрешите мне закончить, у нас служебный секрет, — безуспешно взывал к ней Крофорд. — Усыпил хлороформом Рибу Макклейн, привез к себе, — скороговоркой тараторил Крофорд, пока сестра за рукав тянула его к выходу. — Труп он уже приготовил, — крикнул Крофорд из коридора. Чтобы услышать продолжение, Грэхем вынужден был дожидаться еще четыре часа. Войдя в очередной раз, Крофорд с порога начал: — Он повел с ней дешевую игру. Ну, знаешь: «Убить мне тебя или оставить в живых…» Ты помнишь, что в ее показаниях все время фигурировала цепочка с ключом у него на шее. Момент очень важный. Этот трюк он придумал, чтобы она потом могла под присягой заявить, что она ощупала его мертвое тело. Словом, выступил перед ней по полной программе. Прочитал свой трагический монолог: и так я не могу, и эдак не получается. В общем, говорит: «Не могу видеть, как ты гибнешь в огне и стреляет в голову Лангу. С Лангом ему прямо таки подфартило. Зубов у него не было. Возможно, Долархайд знал, что челюстная дуга сохраняется в огне. Черт его разберет теперь, что он знал. Короче, после того, как Долархайд отделал Ланга, от челюсти у того ничего не осталось. Он размозжил ему голову, опрокинул кресло или что то тяжелое, имитируя падение тела, предварительно позаботившись о том, чтобы цепочка с ключом перекочевала на шею Лангу. Обезумевшая от ужаса Риба мечется по комнате, лихорадочно ищет ключ от двери. Долархайд в уголке потирает руки. Ее оглушило выстрелом, да и в том состоянии крайнего возбуждения, в котором она в тот момент находилась, она не обратила бы внимания на случайный шорох или скрип, выдававший его присутствие рядом. Он поджег дом, но взрыв, разумеется, замыслил не сразу. Бензин стоял у него в той же комнате, Риба справилась с отведенной ей ролью и благополучно выбралась из горящего дома. Но стоило ей сбиться с дороги или запаниковать, думаю, он бы оглушил ее и вытащил во двор. Она и сама потом не смогла бы сказать, какая сила вынесла ее на улицу. Для того чтобы его план сработал, она непременно должна была спастись. О, черт! Сестра идет.


Страницы (143): 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143