трех карабинов отражают блеск огня. Лампа на столе, за которым сидит человек, освещает бумаги, которые он внимательно читает; она же освещает его лицо.
Это лицо человека лет тридцати. Когда заботы войны не омрачают его, в нем видно откровенное и веселое выражение; большие голубые глаза оживляют белокурую голову, красивую, но характерную для многих бретонцев, что объясняется, если верить системе Галля, необычайным развитием органов упрямства. Потому-то у этого человека два имени: солдаты запросто называют его большая голова; но имя, полученное им от почтенных и достойных родителей — Жорж Кадудаль.
Жорж был сыном земледельца в Керлеаноском приходе, и предание называет этого земледельца мельником. Жорж ходил в школу в Ванне и приобретал там хорошие знания, когда раздались первые призывы роялистской партии в Вандее. Жорж собрал несколько товарищей, перешел с ними за Луару и предложил свои услуги Стоффле. Но Стоффле хотел сначала видеть его в бою, а потом присоединить к себе; да Жорж и сам требовал этого. Таких случаев не нужно было долго ждать в Вандейской армии. На другой же день было сражение; Жорж бросился в схватку и так отчаянно нападал на синих, что бывший ловчий господина де Молеврье не мог удержаться и громко сказал бывшему подле него Боншану:
— Если ядро не снесет этой большой круглой головы, она пойдет далеко, предсказываю вам!
Название осталось за Кадудалем. Он не выходил из Вандеи до поражения при Савене, где Вандейская армия вся легла на поле сражения или исчезла, как дым.
В продолжение трех лет Жорж выказывал чудеса храбрости, ловкости и силы. Он возвратился