— Да уверен ли ты в том?
— Говорю тебе, что видел его сам, собственными глазами,— отвечал артельщик.
— Стало быть, я могу объявить об этом нашим друзьям?
— Можешь, только поторопись.
— А в Сервас послано известие?
— Да, тебе уже приготовлена лошадь между Сервасом и Сю.
Подходил ямщик. Молодой человек обменялся последним взглядом с артельщиком, который удалился поспешно, как будто ему передали письмо для доставки кому-нибудь.
— По какой дороге, гражданин? — спросил возница.
— По дороге в Бур; в Сервасе быть к десяти часам вечера; на водку тридцать су.
— Четырнадцать лье в пять часов; тяжеленько, но можно.
— Да будет ли так?
— Постараемся.
Ямщик пустил лошадей во всю прыть. Было девять часов, когда въезжали в Сервас.
— Экю в шесть ливров, если не останавливаясь провезешь меня на половину дороги к Сю! — закричал молодой человек.
— Идет! — отвечал возница, и карета пролетела не останавливаясь перед почтовым двором.
Проехав полчетверти лье от Серваса, Морган велел остановиться, высунул голову в окно кареты, поднес руку ко рту и прокричал по-совиному.
Подражание было так удачно, что в ближней роще сова отвечала ему таким же криком.
— Здесь! — вскрикнул Морган.
— А здесь, так и незачем ехать дальше,— сказал ямщик.
Молодой человек взял свой чемодан, отворил дверцу, вышел из кареты и подошел к вознице:
— Вот обещанное экю в шесть ливров.
Тот взял экю и вставил его в глаз, как вставляют нынешние модники свой монокль.
Морган понял, что это сделано не без задней мысли.
— Ну? Что же это значит? — спросил он.
— А то,— отвечал почтальон,— что я все-таки вижу одним