и не успели занять более выгодную позицию. Обратно на вершину, с которой они спустились, наверное, минут двадцать назад, им не подняться. Скопление камней, за которыми сейчас скрывается противник, последнее по дороге к вершине – дальше начинается голый склон. На нем мы перещелкаем моджахедов, как вшей на письменном столе. Поэтому, отчаянно стреляя в нашу сторону, они решают ту же задачу, что и мы: как с наименьшими потерями выпутаться из сложившейся ситуации.
Наш взвод лежит в практически мертвой зоне обстрела: пули летят выше головы. Не так высоко, как хотелось бы – высунься на полкорпуса и получишь в грудак свинцовую таблетку от всех болезней. Но все же это лучше, чем кувыркаться под огнем, как это делают ребята из двух других взводов.
Больше достается третьему: его отставшие бойцы не успели спуститься с противоположного склона и теперь, замеченные врагом, ищут укрытие. Спасает их от больших потерь только большое расстояние до противника, дающее приличное рассеивание пуль. Но «духи» лупят изо всех сил, и если даже десять кусочков свинца пролетит мимо, по закону вероятности одиннадцатая все равно найдет свою цель…
Наверняка перед нами Курбан со своей бандой. Бляха – муха, и как целую группу супостата разведка проморгала?! Чувствую, что после боя комбат посадит на попенгаген весь героический разведвзвод во главе с самим товарищем старшим лейтенантом – орденоносцем. Правильно: получил «Красную Звезду» – отрабатывай! Если, конечно, будет кого сажать…
Теперь вся надежда на наш взвод. У нас лучшая позиция, и мы должны прикрыть пацанов, пока они не придут в себя и не рассредоточатся.
И