твоя печаль. Завтра ваш веселый доктор Махмудов приезжает – вот и дуй с ним отсюда в полк. Все! Допивай свой чай и иди спать!
– Свет…
– Спать, я сказала!
Я встал, шагнул к двери.
Светлана, не глядя, взяла мою руку:
– Андрюш… Ты не обижайся. Я же старая, почти на десять лет тебя старше. Изъезженная кобыла. А у тебя все впереди… Вернешься домой, найдешь нормальную, с невывихнутыми мозгами девчонку…
Я опустился перед ней на корточки, посмотрел прямо в глаза:
– Ты веришь, что мне нужна с невывихнутыми? Простая, как пять копеек, прозрачная, как стекло? Такая, когда смотришь ей в глаза, а видишь противоположную стену? Что я с ней буду делать: ей мозги вывихивать или себе вправлять? Меня мои устраивают.
– Она медленно опустила мою руку:
– Иди, Андрей…
Я вышел на крыльцо.
Звезд в черноте неба не было видно. Заволокло тучами, наверное. Теплый вечер фамильярно мазнул ладошкой по лицу, сыпанул мелким дождем. Запахло влажной, просыпающейся землей. Скоро здесь будет весна.
Так же, как в маленьком дворе города моего детства на Урале, я прижался спиной к шершавой спине дома и полной грудью вдохнул будоражащий запах. Еще и еще…
От души, как куски засохшей грязи, отваливалось нечто, что помогало мне выжить, но сейчас мешает жить.
Я вдыхал полной грудью запах просыпающейся земли. Самый настоящий из тех, что приходилось когда-либо чувствовать. Запах жизни, запах любви.
– Это ты, Андрей? – на крыльце появилась стройная фигура в белом.
– Я, Свет…
– Пойдем ко мне, Андрюш… Молчи! Пойдем.

Ярославль – Душанбе – Москва – Ярославль
1993–2003 г.г.