в Житькове спрашивает.
— От Зины жду, Кагадей ты несчастный,— даже рассердилась Мотя.
Тимоха и сам знал, что Мотина Зинка вышла замуж и собирается вместе с мужем вскоре приехать к матери погостить. Однако у них что-то пока не получалось. Вот Мотя и ждала письмецо — может, хоть напишет, почему не едут.
Еще как-то раньше, лет пять назад, неожиданно пошли слухи, что Мотина Зина вышла замуж. Прутниха продала тогда телку — на золотые кольца молодым. Но вскоре все затихло. Молчала Зина, когда приезжала сюда летом, молчала и сама Мотя,— а что она сделает, если не сладилась у дочери эта свадьба. Хотя мать давно уже поторапливала Зинку замуж, видя, как летят, уходят ее годы, и боясь, как бы дочь не осталась в девках,— а что значит жить одной, она хорошо знала: имея столько братьев и сестер, Мотя давно скучает одна — старший, Алисей, работает на почте и живет
в Азеричине, меньшой, Витька, шофер, также построился в Азеричине и возит председателя колхоза Коренькевича, сестра Маруся вышла замуж в Груково. И даже единственная дочь живет в Витебске — опять же не с нею.
В этом году Зинка вновь прислала письмо: «Мама, нужны деньги на золотые кольца — я выхожу замуж». И хот» кое-кто из женщин посмеивался — дескать, Зинка знает, как дурачить мать,— понадобятся деньги, она и пишет: выхожу замуж,— Мотя все же отвезла в райцентр на приемный пункт ладного кабанчика и тут же с районной почты отправила деньги дочери.
После этого о Зининой свадьбе заговорили всерьез — и Млынари, и Груково, и Веселевки подтвердили: точно, Мотина дочка наконец-то выходит замуж и Житьково ждет свадьбу.
Но свадьбы